Первое правило Уолл-стрит: кто беднеет и кто выигрывает во время глобальных катаклизмов

О том, почему история повторяется, а бизнесмены остаются

Кризисы ― рассадник экономической нестабильности в любой стране. Однако зачастую политика бизнеса даже в самой непростой ситуации так или иначе находит точки опоры и необходимую гибкость для самосохранения. Иногда эти методы становятся своего рода классикой. В этом материале SharesPro ― небольшое путешествие во времени, в эпоху крупнейших мировых кризисов, на которые мы посмотрим с точки зрения рынка США.

1913-1918

В 1913 году США имели отрицательный внешнеторговый баланс, а инвестиции североамериканского государства в экономику других стран, в основном стран Латинской Америки, были меньше чем внешний государственный долг. В конце 1913 года за рубежом были размещены североамериканские капиталы на сумму 2,065 млрд. долларов, а сами Штаты были должны 5 млрд. долларов.

В период кризиса 1914 года в бездействии большинство мировых фондовых бирж оставались недолго. 20 сентября (3 октября) 1914 года открылась Копенгагенская биржа, 24 ноября (7 декабря) — Парижская, 29 ноября (12 декабря) — Нью-Йоркская, 22 декабря (4 января) — Лондонская, 12 (25) января 1915 года — Амстердамская. Возобновление их деятельности не вызвало никаких серьёзных потрясений в состоянии финансовых рынков этих стран.

Из этого можно сделать такой вывод, что во время Первой мировой войны все биржи Запада были закрыты на фоне паники и геополитических рисков. Бумаги пытались продать по самым низким ценам, с целью выйти в кэш. Однако после непродолжительного периода, во время которого стало ясно положение вещей, они снова открылись без катастрофического ущерба для себя.

С 1 августа 1914 года по 1 января 1917 года Соединенные Штаты предоставили воюющим державам займов на 1,9 млрд. долларов. Уже в апреле 1915 года один из владельцев финансовой империи Моргана Томас Ламонт, выступая перед представителями прессы, отметил, что США надо как можно больше помогать европейским союзникам, так как это приведет к выкупу американцами их долговых обязательств перед Великобританией и Францией.

По материалам Forbes, в 1917 году был опубликован список 100 крупнейших американских компаний. За следующий 71 год были Великая депрессия, Вторая мировая война, инфляция 1970-х годов и впечатляющий послевоенный бум. Когда в 1987 году Forbes пересмотрел первоначальный список, 61 компания уже прекратила свое существование по тем или иным причинам. Из оставшихся 21 компания все еще продолжала свою деятельность, но уже не входила в первую сотню. Остались только 18 и, за исключением General Electric и Kodak, все они снижали рыночные индексы. С тех пор у Kodak возникли серьезные трудности, поэтому GE — единственное действительно успешное выжившее предприятие. В 1997 году Фостер и Каплан проверили на прочность фондовый индекс Standard & Poor’s 500 с момента его создания 40 лет назад. Только 74 компании из первоначального состава все еще входили в индекс 500, и эта группа компаний отстала от общего индекса на 20%.

1930-1946

Американский историк Стюарт Д. Брандес в своем исследовании истории Америки отмечал, что в период 1942-1945 гг. чистая прибыль двух тысяч крупнейших американских компаний выросла более, чем на 40% по сравнению с 1936-1939 гг. Бранденс объясняет такой рост прибыли крупными государственными заказами военной техники.

 При этом такие мероприятия и заказы не подвергались жесткому регулированию по отношению к формированию цен и налогов, что объясняло значительную прибыль крупных американских корпораций.

Во время Второй мировой войны в среднем до 60 компаний получили 75% государственных заказов, связанных с войной, в том числе Ford и IBM, прибыль которых могла достигать до $140 млн.

Однако негативный опыт перепроизводства в 1930-х привел к настороженности со стороны инвесторов к проектам, связанным с обороной. Вот почему вопрос о финансировании в более 2 000 проектов, который обошелся в $17 млрд, пришлось решать государству. С корпорациями, у которых государство покупало товары для военных нужд, оно расплачивалось посредством займов и налогообложений ― налоговых поступлений рабочего класса.

В итоге в стране образовался значительный государственный долг. Однако данная ситуация стала показательной для американских бизнесменов. Если раньше они выступали против вмешательства государства в экономику свободного рынка, то теперь убедились в том, как можно максимизировать прибыль, если эффективно сотрудничать с государством.

В конце 1930-х позиция США стала источником большого энтузиазма на Уолл-стрит — брокеры рассчитывали на рост компаний, которые занимаются поставками и разработкой вооружений. Еще в период Первой мировой войны для таких компаний появился специальный термин — war brides, что можно перевести как «боевые подруги», или «невесты войны» ― прозвище для компаний, для которых начало военных действий означало взлет продаж и рост прибыли.

В конце 1939 года американские брокерские фирмы активно распространяли статистику о том, насколько хорошей была динамика таких бумаг во время Первой мировой войны. Реклама эффективно подогревала интерес к акциям и вносила ощутимую лепту в рост американского рынка ценных бумаг.

В то время основным индикатором рынка США был Промышленный индекс Доу Джонса — Dow Jones Industrial Average.

Авторы исследования «Загадка войны» пришли к интересным выводам. Например, многие войны прошлого века, включая Вторую мировую войну, подтвердили следующую тенденцию — вскоре после начала военного конфликта рынок акций перестает падать и переходит к росту. Другое наблюдение — если крупный военный конфликт не стал неожиданностью и ему предшествовала так называемая предвоенная фаза, то само начало войны заставляет котировки двигаться вверх.

События в Европе середины ХХ века и начало войны подтолкнули Dow Jones Industrial Average вверх — со 131 пункта в августе индикатор поднялся до 155 пунктов к середине сентября. Это чуть меньше 20% роста. За день перед самым началом конфликта американский рынок вырос сразу на 7,5%. Однако 155 пунктами рост Доу Джонса и ограничился — выше этой отметки индекс не поднимался в течение всего периода Второй мировой войны.

1993-2022

После «трагедии башен-близнецов» 11 сентября американские фондовые биржи не работали до 17 сентября — самый долгий период их закрытия с 1993 года. В эти дни на всех фондовых рынках мира наблюдалась паника: акции падали, а нефть, наоборот, дорожала. Основной фондовый индекс Германии DAX упал 11 сентября на 0,89%, Британский фондовый индекс FTSE 100 после падения башен-близнецов потерял 55 пунктов, но по итогам дня  все равно был в плюсе.

Среди тех, кто потерял больше всего, был Berkshire Hathaway Уоррена Баффета. В то же время некоторые сектора чувствовали себя значительно лучше других. Например, среди победителей были акции коммуникационных и фармацевтических компаний, которые также показали хорошую альфу к широкому рынку. Если говорить о конкретных именах, то лучше других выступили акции технологического сектора: акции Amazon (NASDAQ: AMZN) прибавили 35% за данный период, а акции Apple (NASDAQ: AAPL) выросли на 30%. Из телекоммуникационного сектора лучше других себя чувствовал Comcast Corporation (NASDAQ: CMCSA), прибавивший в цене 15%.

В 21-м веке позиции доллара ФРС, и экономики США, хотя и ослабели, но по ряду показателей были достаточно стабильные : доля доллара в международных резервах стран мира —61.7% за 2019 год , доля доллара в международных расчетах ― 40%. Однако госдолг США перед внешними кредиторами и, прежде всего, перед ФРС, Китаем, Японией в последние десятилетия резко вырос и составляет гигантскую, практически невозвращаемую сумму в 25 триллионов долларов ФРС.

В 2022 году на фоне обострения российско-украинских отношений, аналитики рекомендуют вкладывать деньги в нефтяные бумаги потому, что страны Европы могут в рамках санкций перестать покупать российскую нефть или, во всяком случае, существенно снизить объёмы её поставок.

На финансовом рынке и рынках драгметаллов комфортно ощутили себя держатели американского доллара, швейцарского франка, японской иены и других «защитных валют», а также обладатели золотых активов.

По прогнозам аналитиков, американский фондовый рынок в целом крайне мало ощутит на себе последствия конфликта между Россией и Украиной, поскольку, по данным Seeking Alpha, только 0,6% из их общего числа ведут бизнес в России напрямую (ещё меньше, 0,1%, работают непосредственно с украинскими партнёрами). Внешнеторговый оборот Германии также ориентирован на Россию всего на 1,9% (для сравнения, Польша во внешней торговле ФРГ в 2021 году занимала 5,6%)

Как отмечает вице-президент консалтинговой компании Spears & Associates Ричард Спирс, ведущие нефтесервисные компании, включая Schlumberger NV, Halliburton Co и Baker Hughes Co, отказались давать какие-либо комментарии по своему бизнесу в России, однако их акции упали на 3-4 процента. Schlumberger, например, получает от 5 до 6 процентов своей выручки из России, но, по мнению Спирса, компания не пострадает из-за последних событий.

«Если Schlumberger потеряет весь свой российский бизнес, она с лихвой компенсирует это за счет роста объемов бурения скважин по всему миру. Она может потерять 5 процентов выручки, но ее рост все равно составит около 20 процентов по всему миру».

Комментарии
Читать также
Неголодный художник: почему кризисы помогают рынку люксовых брендов расти
Тайна потерянной яхты: как российские миллиардеры пережили февраль 2022 года
Прощальная коллекция: о какой одежде россиянам придется забыть

Про «вынужденные меры» и неоднозначные перспективы