Что победа Трампа или Байдена будет значить для Ближнего Востока?

По мере приближения президентских выборов в США над Ближним Востоком воцаряется зловещее спокойствие. Линии политического разлома, пересекающие регион, выглядят более спокойными, чем обычно, кажется, что  и политическая борьба утихла. Но этот относительный мир отражает не более чем трепет региональных глав, которые смотрят в Вашингтон в ожидании ответа на главный вопрос: не произойдет ли смена глобального лидерства.

По мнению аналитиков и политиков, выборы могут изменить политические расчеты основных игроков Ближнего Востока. От судьбы ядерной сделки с Ираном до так называемой «сделки века» президента Дональда Трампа  (Donald Trump ) для израильтян и палестинцев и неумолимого роста неконтролируемого авторитаризма — исход гонки может оказать решающее влияние на проблемы, раздирающие регион.

Какую роль бывший вице-президент Джо Байден (Joe Biden) и президент Трамп играют в политических горячих точках?

Рост авторитаризма от Египта до Саудовской Аравии

Байден пообещал отменить то, что многие считают одним из основных элементов внешней политики Трампа: закрывать глаза на автократию и нарушения прав человека в пользу грубой реальной политики.

Для многих на Ближнем Востоке Америка при Трампе, наконец, перестала поддерживать демократию в регионе, изобилующем поддерживаемыми США авторитетами. Тем не менее, эффект от подхода президента был очевиден. Авторитаризм вышел из-под контроля, и репрессии против активистов вызвали раздражение даже у самых циничных наблюдателей.

В Саудовской Аравии Трампу приписывают возведение принца Мухаммеда ибн Салмана (Mohammed bin Salman) до наследного принца и повседневного правителя королевства. Салман, известный в просторечии как MBS, возглавил череду быстрых реформ, но энергично искоренил инакомыслие и заключил в тюрьму множество активистов, включая некоторых защитников прав женщин.

Трамп высказал лишь приглушенную критику MBS даже после убийства в 2018 году самого известного критика принца Джамаля Хашогги (Jamal Khashoggi) в консульстве королевства в Стамбуле. Между тем видные правозащитники, в том числе лауреат премии PEN award Луджайн аль-Хатлул (Loujain al-Hathloul), продолжают томиться в саудовских тюрьмах по надуманным обвинениям.

В анкете Совета по международным отношениям (CFR) Байден раскритиковал то, что он назвал «опасным пустым чеком» Трампа для королевства, и пообещал «провести переоценку наших отношений с Саудовской Аравией».

«Я буду защищать право активистов, политических диссидентов и журналистов всего мира свободно высказывать свое мнение, не опасаясь преследований и насилия, — сказал Байден в заявлении, посвященном годовщине убийства Хашогги в октябре этого года. — Смерть Джамала не будет напрасной, и мы обязаны бороться за более справедливый и свободный мир во имя его памяти».

Байден также пообещал прекратить поддержку США кампании по разгрому поддерживаемых Ираном повстанцев-хуситов в Йемене, возглавляемую Саудовской Аравией. Война унесла десятки тысяч жизней и вызвала вспышки болезней и голода.

Но обещание вести войну в Йемене противоречит истории Байдена. Администрация бывшего президента Барака Обамы (Barack Obama), где Байден занимал пост вице-президента, продала Саудовской Аравии оружия на миллиарды долларов, несмотря на бомбардировки Йемена. Как и сейчас, Белый дом при Обаме не предпринял серьезных попыток сдержать абсолютную монархию Саудовской Аравии, хотя широко известно, что наследный принц виновен в повсеместных нарушениях  прав человека в королевстве.

В Египте Байден также раскритиковал поддержку Трампом президента Египта Абдель Фаттаха ас-Сиси (Abdel Fattah el-Sisi), которого президент США однажды назвал «моим любимым диктатором». Что касается Египта, то критика Байдена в некоторой степени оправдывается. Хотя египетский переворот, свергнувший единственного демократически избранного президента страны Мохамеда Морси (Mohamed Morsy) и в конечном итоге приведший к власти Сиси, произошел во время президентства Обамы в 2013 году, бывший президент США якобы пытался оказать давление на египетского лидера, чтобы улучшить ситуацию с соблюдением прав человека в стране,  но безрезультатно.

Преследование критиков со стороны Сиси было шокирующим по своим масштабам: в последние годы, как полагают многие, были заключены в тюрьму десятки тысяч диссидентов. Этим летом самоубийство защитницы прав ЛГБТК Сары Хегази (Sarah Hegazi) послужило резким напоминанием о жестокостях, которым многие подверглись при правлении Сиси. Хегази боролась с депрессией и посттравматическим стрессовым расстройством после того, как якобы подверглась сексуальному и физическому насилию в египетской тюрьме. Она попала в тюрьму за то, что подняла радужный флаг на концерте в 2017 году.

Израиль, палестинцы и «сделка века»

Когда Трамп объявил о нормализации отношений между Израилем и тремя арабскими странами, это, возможно, было одним из кульминационных моментов его президентства. Объединенные Арабские Эмираты возглавили процесс в августе, и это было первое соглашение о нормализации отношений между Израилем и государством с арабским или мусульманским большинством за более чем два десятилетия. В стороне от переговоров оказалось палестинское руководство, которое считает эти сделки предательством.

Соглашения нанесли удар по их мечтам о государственности, грубо нарушив Арабскую мирную инициативу 2002 года, которая обусловила нормализацию вывода израильских войск к границам, существовавшим до 1967 года. И это обострило ситуацию после многих лет, когда Трамп проводил одностороннюю политику, такую ​​как объявление Иерусалима столицей Израиля и легитимация израильских поселений, считающихся незаконными по международному праву, что подорвало их позиции в теперь уже умирающих переговорах с Израильтянами.

Байден приветствовал соглашения о нормализации и сказал, что он подтолкнет больше стран в регионе к принятию мер для выполнения аналогичных сделок. Но он сказал, что выступает против односторонности, которая характеризует подход Трампа к Израилю и палестинцам.

«Байден выступает против любых односторонних шагов любой из сторон, которые подрывают решение о сосуществовании двух государств, — говорится на сайте его кампании. — Он выступает против аннексии и расширения поселений и будет продолжать выступать против обоих направлений на посту президента».

Байден также пообещал обратить вспять прекращение Трампом экономической и гуманитарной поддержки палестинцев и вновь открыть миссию Организации освобождения Палестины в Вашингтоне, а также посольство США в Иерусалиме, ответственное за палестинские дела.

Но Трамп уже помог премьер-министру Биньямину Нетаньяху (Benjamin Netanyahu) сформировать новые реалии на местах, значительно укрепив позицию Израиля на некоторое время.

 Если Байден попытается отменить решения Трампа по некоторым ключевым моментам израильско-палестинских переговоров, а именно по Иерусалиму и поселениям, то он может столкнуться с некоторыми из откровенных сторонников Израиля в Вашингтоне. И стоит отметить, что Байден возражал против методов Трампа в израильско-палестинском вопросе, но не против его результатов.

Сделка с Ираном

Байден сказал, что он восстановит ядерную сделку времен Обамы (известную формально как Совместный всеобъемлющий план действий (JCPOA)) с Ираном, от которой Трамп отказался в мае 2018 года. С тех пор Иран отступил под тяжестью одних из самых жестких санкций, с которыми когда-либо сталкивалась страна. Через год после ухода Трампа Тегеран перезапустил те части ядерной программы, которые в основном были демонтированы JCPOA.

«Если Иран вернется к соблюдению своих ядерных обязательств, я снова присоединюсь к JCPOA в качестве отправной точки для работы вместе с нашими союзниками в Европе и другими мировыми державами над расширением ядерных ограничений соглашения, — сказал Байден. — Это станет важным авансом для восстановления доверия к США, сигнализируя миру о том, что слово Америки и международные обязательства что-то значат».

Обещание Байдена вернуться к ядерной сделке считается причиной того, что Иран отказался вернуться за стол переговоров с Белым домом Трампа, бросив вызов разрушительной кампании, направленной на то, чтобы добиться от Тегерана дальнейших уступок.

Министр иностранных дел Ирана Джавад Зариф (Javad Zarif), сыгравший ключевую роль в заключении сделки 2015 года, неоднократно заявлял, что Иран не пойдет на переговоры по другому соглашению. Однако, если Трамп будет переизбран, Ирану, возможно, будет трудно сопротивляться попыткам президента и продержаться еще четыре года в тяжелой экономической ситуации. Во многих отношениях выход Трампа из ядерной сделки можно рассматривать как определяющую черту Ближнего Востока за последние четыре года, и его возвращение может вывести регион на неизведанную территорию.

Когда опорные пункты ИГИЛ пали в первый год президентства Трампа, Белый дом начал обращать внимание на сдерживание более могущественного Ирана. И боевики, поддерживаемые США, и силы, поддерживаемые Ираном, при отсутствии видимой координации между ними двумя, боролись за поражение ИГИЛ.

Упадок экстремистской группировки, видимо, совпал с рождением, так называемой кампании Трампа по «максимальному давлению» на Иран, создавая почву для региона, который, казалось, постоянно балансировал на грани катастрофической войны. Иран нанес самый крупный в истории ракетный удар по позициям США. И Тегеран заявляет, что еще не отомстил за смерть Сулеймани.

А люди в регионе были отягощены экономическим кризисом, безработицей среди молодежи и растущим недоверием к своему руководству — все это усугубляется пандемией коронавируса. Опрос арабской молодежи этого года показал, что большинство молодых арабов в странах, охваченных кризисом, поддерживают антиправительственные протесты, и почти половина молодых арабов рассматривают возможность покинуть свои страны.

Коррумпированное руководство и бесхозяйственность правительства являются основной частью проблемы, как и внешняя политика США в форме агрессивного и неуклюжего интервенционизма в таких странах, как Ирак, и поддержки коррумпированных и деспотичных правительств. 

«В целом американская внешняя политика была не очень успешной, — сказал Рами Хоури (Rami Khouri), старший научный сотрудник Гарвардской школы Кеннеди, не проживающий в стране. — Вы можете оценить это, если посмотрите на регион сегодня, посмотрите на стабильность в регионе, посмотрите на сплоченность и целостность многих стран, посмотрите на общественное мнение, а затем на лидерство. Годы Трампа только ухудшили и без того плохую политику Америки на Ближнем Востоке».

Наследие Обамы в регионе — как и многих его предшественников — не является позитивным. Для людей на Ближнем Востоке его президентство связано с конфликтами, которые начались в Йемене, Ливии и Сирии и продолжали бушевать в Ираке во время его пребывания в должности. И хотя люди на Ближнем Востоке с трудом верят в радикальные изменения в региональном подходе любого будущего хозяина Белого дома, они продолжают надеяться, что длинная череда внешнеполитических неудач однажды закончится.

Подписывайтесь на SharesPro в социальных сетях:
Telegram: t.me/sharespro
Instagram: www.instagram.com/sharespro/

Комментарии